Уникальная спасательная операция прошла на Волге, недалеко от Ахтубинска

Обычно, чтобы напустить туману и заинтриговать собеседника, как это, например, было в «Кавказской пленнице», повествование начинается со слов: Эту историю нам  рассказал Шурик или что-то  в этом роде, неважно, главное с первых минут привлечь внимание, а уж затем дать волю своей фантазии. Сразу оговорюсь, в отличие от Шурика, который во время каникул собирал фольклор и местные легенды в одном из горных районов, все, что случилось прошлым летом на Волге, недалеко от Ахтубинска, произошло на самом деле и за правдивость слов, несмотря на невероятные обстоятельства случившегося, я ручаюсь. Эту историю рассказал мой сослуживец и добрый товарищ Леонид Яковлев, который явился непосредственным участником тех событий.

                                                                                                                          

 

Звонок на мобильный, как он считал, только на минуту должен был отвлечь его внимание. Лодка уже плавно покачивалась на волнах, готовая по первому повороту ключа зажигания стремительно набрать ход и, выбирая фарватер в узком русле протоки выйти сначала в створ волжского затона, а уж затем помчаться по зыбким волнам самой матушки Волги. Сергея он вспомнил без труда, как же дайвер — инструктор высшей категории, легендарная личность в Волжском, десятки погружений на глубину 200 метров. Знакомство носило поверхностный и ни к чему не обязывающий характер. Однажды узнав, что в Ахтубинске есть бассейн, даже предложил набрать группу и обучать навыкам погружения и работы под водой. Но, как-то не вышло. Так что мог означать этот звонок?

Сергей явно темнил. Спросил, как добраться до острова Сабуровский и далеко ли это от Ахтубинска? Не хочет человек говорить и бог  с ним, подумал Леонид, мало ли что бывает — лодка утонула или человек пропал, разные бывают причины. Поинтересовался лишь, на чём тот собирается добираться. Если на автотранспорте, то придется двигаться по той стороне Волги и займет это, по меньшей мере, полдня, ну, а если через Ахтубинск на моторке, то через тридцать минут он будет на месте. Договорились, что Леонид его встречает в Ахтубинске и доставит точно в заданный район.

                                                                                                                              

 

По тому серьезному арсеналу спецсредств, которые входили в набор дайвера, первой пришла мысль о Джеймсе Бонде, который однажды попав  в российскую глубинку и забыв вернуться, решил поддержать свой имидж навыками, полученными в Бондиане. Затем, после сверки Сергеем компаса и часов, совмещенных в подводном компьютере и упакованном в титановый корпус, осмотра глубиномера и регулировки компенсатора плавучести захотелось оказаться рядом, там, где должно быть интересно и не менее опасно, и куда он, еще не зная сам, должен доставить спасателя.

Отчалив от мостков лодочной станции «Нептун» и выйдя на малый газ, они вырулили на свободную воду, и вскоре катер, держа осанку и покачивая боками, словно желавшая привлечь к себе внимание баба, набрал необходимый ход. Дальше Леонид уже ни о чем не расспрашивал. Увлеченные красотой и широтой волжских просторов они молчали, любуюсь меняющимися на глазах пейзажами, в которых всего было в достатке: сочной зелени, прозрачной синевы и переливающихся на солнце желто-белым отливом песочных кос.

Как и обещал Леонид, через тридцать минут они достигли места на Волге, которое ахтубинцы хорошо знают по рыбалке. Чуть выше по течению показались очертания танкера. Сначала  было видно, как он шел им навстречу, но чем ближе расстояние, тем становилось очевиднее — большой нефтеналивной транспорт словно застыл на месте. Оранжевый, как спелая кожура апельсина, он сохранил свежесть заводской покраски, указывающей на его еще совсем не старый возраст и поэтому казавшийся до обидного неприличного юным, проходившим рядом таким же как он, только покрытым проплешинами ржавчины и издающим скрипучие звуки судам.

                                                                                                                            

 

Пока Сергей связывался с капитаном по телефону, Леонид обошел вокруг танкера.  В безупречном, сияющем на солнце корпусе  показалось странным зияющее пустотой отверстие – там, где должен был находиться внушительных размеров  носовой якорь. Так вот, в чём тут дело, догадался Леонид. Смысла чего-то утаивать уже не было, и Сергей рассказал все начистоту. Нефтеналивной танкер, спущенный два года назад на одной из российских верфей, успешно вошел в строй отечественного речного флота. За это время он перевез не одну тысячу тонн различных грузов и возможно еще долго не заметил изъяна, если бы не случилось так, что именно здесь на Волге, недалеко от Ахтубинска капитан решил встать на стоянку. После того, как была отдана команда, один из носовых якорей вместе с двухсот пятидесятиметровой цепью ушли на дно. Оказалось, что те, кто отвечал за установку якорной системы на заводе изготовителе, просто забыли, как следует закрепить цепь. Стоимость «утопленного» оборудования тянула на  60 тысяч $ или USD.

                                                                                                                    

 

Можно сколько угодно удивляться, возмущаться, хвататься за голову и приседать, но когда безалаберность, расхлябанность, и безответственность становятся чертами национального характера, тогда и случаются подобные  казусы, типа незакрепленного якоря или перепутанного полюса датчиков на ракете носителе «Протон».  Все, что по этому поводу думал капитан и члены его команды, было высказано задолго до приезда Леонида. Поэтому, не расплескивая попусту эмоции, каждый из них занялся своим делом: Сергей со своим помощником Андреем- снаряжением и подготовкой к погружению, а Леонид пытался удержать в нужном месте лодку, несмотря на включенную передачу, сносимую сумасшедшим течением. Вскоре все было готово к ответственной и сложной операции, в которой, если бы не опыт и мастерство Сергея, можно было заподозрить немалую долю авантюризма. Еще раз, проделав какие-то манипуляции с компьютером и проверив крепление акваланга, он показал пальцем знак на погружение и перевалился через борт лодки. Появившиеся струйки пузырей указали направление движения дайвера.

                                                                                                                         

 

Искать место, где находится якорь, вот так сразу, без необходимого в таких случаях специального оборудования, на глубине двенадцати метров, спустя сутки, когда песок замывает предметы и за более короткий промежуток времени, равносильно даже не поиску иголки в стогу сена, а невероятному случаю, удаче, выигрышу в лотерею, но вопреки всему этому нагромождению обстоятельств Сергей без тени сомнений принялся обследовать речное дно. Он был настоящим подводным сталкером, готовым идти на риск и не чуждым, если потребуется, бросить вызов опасности. Леонид несколько раз посмотрел на часы. Запас воздуха в баллонах позволял находиться под водой около двух часов и Волга это конечно не Французская Полинезия, где дайверов караулят акулы и не египетский Дахаб, в синей бездне которого можно без труда затеряться, зацепившись за коралловые рифы, но все же тревога за товарища не покидала.

                                                                                                                        

 

Наконец, череда томительных и напряженных минут, закончилась тем, что  на поверхность всплыл томбуй, небольшого размера цилиндрический поплавок, окрашенный в такой же, как и у танкера цвет. Якорь был найден. Спасательная операция по подъёму якоря переходила в подготовительную фазу. Теперь предстояло закрепить за одно из звеньев цепи швартовый канат, к которому в свою очередь цеплялся стальной трос. Леонид с трудом представлял, как это можно было сделать под водой, при фактически нулевой видимости, когда поднятая со дна песчаная взвесь крутится в бешеном вихре, а течение сносит тебя так, что трудно сохранять положение в пространстве, но верил в профессионализм Сергея.

                                                                                                                                       

 

С судна спустили шлюпку, на которую загрузили необходимый запас каната и пока танкер переставляли в нужном направлении, они совершали свой маневр, стараясь встать бортами друг другу. После нескольких неудачных попыток контакт был установлен и швартовые заведены через лодку, но в создавшейся круговерти и обоюдном порыве удержать лодочный тандем на ходу, их закрутило и они сорвали сигнальный поплавок, который сразу же поплыл вниз по реке. Леонид снова помог Сергею экипироваться, выполняя задание напарника  и одновременно вникая в премудрости профессии. Во время повторного спуска водолаз прочно связал фалом лодку  с цепью якоря, обеспечив надежную устойчивость маломерных судов. Сразу пошла работа команды танкера. Зацепившись,  они снова закинули швартовый канат в лодку Леонида, следя за тем, как пристегнув его к поясу,  дайвер уходит под воду  к месту поиска.

                                                                                                                                     

 

С лодки было слышно, как на танкере отдаются команды. Громкоговоритель хрипел, харкаясь простуженным кашлем. Переведя дыхание, старпом продемонстрировал невероятную фантазию, вспоминая тех, кому бог, по ошибке, прилепил руки не к тому месту. Слов он не жалел, выражаясь смачно и изощренно. Затем заработало подъемное устройство. Несмотря на внушительных размеров лебедку, барабан с трудом совершал очередной оборот. Из воды показался сначала канат, при каждом толчке разбрасывая брызги воды и только спустя несколько десятков метров трос, край которого цеплялся за якорную цепь, провисшую вниз обоими концами. По тому, как вытянулись стальные сухожилия, было видно, насколько  велико напряжение. Еще один поворот барабана, еще одна команда: Эх, взяли! Выбирай помалу», еще одно мгновение  и, стальной трос… лопается. Полный «абзац»,- донеслось до Леонида. Сергей, не дожидаясь реакции старпома, кивает в сторону виднеющейся из воды фалы, удерживающей лодки: «Так парни, давай я еще раз пойду и попробую закрепить конец» это было четвертое его погружение за те несколько часов, которые они были на Волге.

                                                                                                                      

 

Заметив приближающийся теплоход и следовавший за ним сухогруз, капитан отдал команду поднять альфа-флаг — разделенный на белую и синюю части с треугольником на темной стороне. На международном языке всех мореплавателей, это означает:  «У меня спущен водолаз; держитесь в стороне от меня и следуйте малым ходом». Но, как поётся в песне «на теплоходе музыка играла», не сбавляя скорости, корабль проследовал своим курсом. В другой ситуации, на волну и опасное сближение, никто бы не обратил внимание, но когда под угрозой оказалась жизнь человека, занятого  в спасательной операции, а лодки с людьми начало швырять из стороны в сторону и бить о борт танкера, тут у всех взыграло законное возмущение. Не сговариваясь, они дружно послали вдогонку нарушителю несколько иносказательных выражений, которые в странах, приветствующих нетрадиционную ориентацию, сочли бы как комплимент,  а капитан срочно вышел на связь и призвал к соблюдению мореходного кодекса. Транспорт резко сбавил скорость, отойдя на безопасное расстояние.

                                                                                                                         

 

Видимо уже освоившийся с обстановкой, Сергей быстро справился с заданием. Конец якорной цепи был найден и закреплен. После того как они поднялись на борт танкера, команда стала постепенно, метр за метром, следя за тем, чтобы  снова не лопнул трос, подтягивать цепь. Леонид, нахватавший в этот день впечатлений, не говоря уже об усталости, скрыть которую становилось все трудней, наблюдал за тем, с каким трудом выползали из воды, пролежавшие там более суток, заиленные и оттого еще более огрузневшие, металлические сочленения. Экипаж, до этого не попадавший в подобные ситуации, на свой страх и риск  выбирал цепь на палубу, последовательно фиксируя ломом появившиеся звенья, пока вытащенная цепь не уложится на барабан лебёдки и уже затем, когда Леонид с Сергеем уезжали, растаскивая её абгалдырем, чтобы правильно опустить в якорный ящик.  Они понимали, что это лишь эпизод, пускай вынужденный, непредсказуемый и абсолютно не обязательный, являющийся результатом чьей-то грубейшей ошибки, просчёта, но вместе с тем остающийся частью профессии, в которой нужно быть готовым ко всему.

                                                                                                                       

Александр Салмин

Фото Леонида Яковлева

 

(При использовании материалов или цитировании обязательно указывать ссылку на автора и сайт)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *